Не озвученные ранее версии гибели хоккеистов "Локомотива"

19070
1337 0

23 июля на заседании Ярославского областного суда по делу «Локомотива» отклонили ходатайство родственников погибших хоккеистов, которые просили провести повторное расследование, так как считают единственного обвиняемого невиновным.

По официальной версии, подсудимый Вадим Тимофеев (замгендиректора по организации лётной работы авиакомпании «Як Сервис») незаконно дал разрешение на выполнение полетов экипажу самолета, так же как и допуск командира суда был оформлен на основании недействительных документов.

Сам Тимофеев не признает вину и его же невиновность подтверждается ранее представленным заключением независимого эксперта Вячеслава Кострюкова (ведущий инженер по объективному контролю летных испытаний первого класса на Куйбышевском авиазаводе).

Но и без доклада Кострюкова в деле много неясного, например, фактически в первые дни у следователей сформировалось мнение, которому они придерживались и позже, что  из-за прилагаемых чрезмерных усилий для приведения ручки управления в положение «на себя», командир рефлекторно жал на педали, что вызывало торможение на колесах тележки шасси. Это не позволило самолету взлететь.

После чего на аэродроме «Жуковский»  провели следственный эксперимент – специально обученные пилоты повторили действия, которые, предположительно, выполнял командир самолета и пришли к выводу, что  скорость разбега в этом режиме набирает действительно с трудом и, теоретически, судно может не взлететь.

Таким образом, Вадима Тимофеева обвиняли в выдачи разрешения к полетам неготовым пилотам, которые перенесли навыки управления с самолета Як-40 на Як-42.

Такая версия кажется «слепленной наспех», так как пилоты современных самолетов прекрасно понимают, что сила, приложенная к ручке управления, непосредственного отношения к положению рулей высоты не имеет. Если эффекта управления нет, значит, самолет неисправен – и нужно прекращать взлет.

Тем более фактов, например видеозаписи с борта самолета, которая куда-то исчезла, подтверждающих официальную версию нет. А прослушивая переговоры пилотов в момент взлета, можно услышать расслабленные голоса до самого критического момента.

Кроме того, по мере того, как возрастает скорость разбега, повышается подъемная сила несущих плоскостей, колеса шасси все меньше контактируют с бетоном ВПП. А значит, если бы пилоты действительно жали на педали тормоза с самого начала разбега, тот мог бы завершиться катастрофой. Но тогда надо предположить, что и ручку управления они принялись тянуть на себя при скорости 120 километров в час, при которой самолет взлетать, естественно, не должен. Понимая это, они бы едва ли стали бы совершать столь самоубийственные шаги.

Если же они, озаботившись приближением торца полосы, начали тянуть ручку на себя при взлетной скорости – и только тогда уперлись в педали, то это могло, безусловно, повлиять на набор скорости, однако тогда стоит предположить, что на приборной доске они видели показатель скорости, достаточной для взлета (возглас плота «Взлетный!» за несколько секунд до трагедии).

И тогда снова получается противоречие в том, что скорость по приборам - достаточная для взлета, но факту – торможение колесами привело к трагедии, однако даже при неправильно выставленном стабилизаторе подъемная сила должна была набраться такая, что колеса были бы загружены массой лайнера от силы на одну десятую.

Тогда появилась версия помешательства одного и пилотов, который в самом конце полосы убрал тягу двигателей (возглас «Что ты делаешь!» совпадает с резким понижением и мгновенным восстановлением на прежнем уровне той линии записи самописца, которая характеризует количество оборотов двигателей).

Также существует серьезная теория о том, что ЯК-42 все же был неисправен - тяга двигателей была явно недостаточной, но на приборах соответствовала номинальной. Скорость стабильно набиралась, но фактически оставалась ниже взлетной. Возможно, именно дефект прибора отразился на записи самописца в тот момент, когда падает тяга (в реальности же, исходя из этой версии, именно уровень падения и есть ее настоящий показатель).

То есть самолет продолжал взлет, не нарушая никаких инструкций, но в реальности судно не добирало тяги, фактическая скорость (а стало быть, и подъемная сила) не росла в должной мере, что привело к накоплению массы критических ошибок. Спасать самолет, когда до торца полосы оставалось несколько сотен метров, было уже поздно (возможно тут, в критической обстановке, проявился эффект «переноса навыков»). А попытки предпринять нечто неординарное привели только к ухудшению ситуации.

Рыбинск Сити

Теги: происшествия суд ХК "Локомотив" Ярославль

Нашли ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter
Поделитесь с друзьями новостью:
Есть своя точка зрения? Оставьте комментарий!
Архив новостей